Глава 5. Свет, камера, нелепость


В то время все машины были темными. Но некие были чернее иных. Машина, которую Макс Клинер за мной прислал, была таковой темной, что в ней, казалось, не отражается свет. Шофер был в темной униформе, которая в сопоставлении с цветом машины меркла. Он представился Хэнком. Я поверила — он смотрелся как Хэнк.
Он был Глава 5. Свет, камера, нелепость под два метра ростом и был широкий так же, как и высок. Широкий не в нехорошем смысле, а в широком. Я представила, что его униформу сшили из как минимум 2-ух костюмов обыденного размера. У него были умопомрачительно светлые волосы, которые контрастировали с темными очами и носом, который Глава 5. Свет, камера, нелепость видал и наилучшие деньки и — готова спорить — повстречался с большим кулаком. Я бы спросила его об этом, но он был не наилучшим собеседником. Когда он гласил, его глас был похож на хруст гравия.
В итоге поездка в студию Старлайт прошла практически в тиши. Сидя за затемненными стеклами и перегородкой, отделяющей Глава 5. Свет, камера, нелепость меня от водителя, я ощущала себя так, как будто я в танке, совсем отрезанная от окружающего мира. Хотя New-york нередко вызывает такое чувство.
Дорога была таковой ровненькой, что я и не увидела, что мы тормознули, пока Хэнк не открыл дверь, чтоб меня выпустить. Я была рада, что взяла Глава 5. Свет, камера, нелепость солнечные очки, солнце горячо светило на длинноватые низкие навесы, которые и были киностудиями. Хэнк припарковал машину около какой-то из них. Макс Клинер стоял недалеко, разговаривая с худощавым мужиком, который держал в руках пюпитр. Из его рта торчала сигара, хотя она не горела. Он вытащил ее изо рта и помахал Глава 5. Свет, камера, нелепость, как будто это был реквизит.
Лицезрев меня, Клинер развел руки и двинулся ко мне. Я избежала объятий и заместо их пожала ему руку. Она была прохладной, липкой и увлажненной, все равно что трясти уже денька два как сдохшую рыбу. Если вам, естественно, знакомо это чувство.
— Мелоди Глава 5. Свет, камера, нелепость, Мелоди, Мелоди, — бодро произнес Клинер. — Он отступил на шаг, чтоб оглядеть меня с головы до пят. Я привыкла к тому, что меня рассматривают, но это все равно малость смущало. Все равно что 1-ая встреча с гробовщиком.
— Макс, Макс, Макс, — парировала я. — Разлюбезно с вашей стороны пригласить меня в это милое странное местечко Глава 5. Свет, камера, нелепость.
Он улыбнулся краем рта, демонстрируя, что оценил шуточку. А вот глаза ее не оценили и смотрели злостно.
Хэнк был с нами, пока Макс вел меня в студию через боковую дверь. Снутри было просторней, чем в ангаре самолета и жарче, чем в сауне, из-за всех этих прожекторов.
Большая Глава 5. Свет, камера, нелепость часть прожекторов была создана для съемочной площадки. Это был бальный зал, отделанный в духе Ренессанса. Я с трудом удержалась, чтоб не указать на несколько тривиальных ошибок. Сомневаюсь, что дизайнер в отделе костюмов хлопотал о достоверности. Одна странность — комната была обустроена только наполовину — а стенки отсутствовали, чтоб операторам Глава 5. Свет, камера, нелепость было удобнее. Но странность не неувязка. Я начинаю волноваться, только если дело доходит до нелепости.
Мы смотрели, как Рок и Гидди репетируют сцену перед камерами. Режиссер — закатанные рукава, мегафон и все такое — вмешивался каждые пару минут. Это смотрелось так, как будто они — новенькие, которым необходимо разжевывать каждый шаг. Это могло бы Глава 5. Свет, камера, нелепость меня заинтересовать, если б Макс Клинер не висел у меня над душой и не разъяснял мне шепотом на ухо тривиальные вещи. Больше все нервировало, что ему для этого приходилось вставать на цыпочки.
Когда актеры ушли на перерыв, а прожекторы и камеры начали готовить к последующей сцене, Клинер жестами Глава 5. Свет, камера, нелепость подозвал Рока Рейтлона. Гримерша стремительно направилась к Гидди Семестр с пудрами и всякими снадобьями наперевес. У нее было грозное лицо и сероватые, железного цвета волосы, которые испугали бы хоть какого.
— Он желает извиниться. — произнес мне Клинер, пока Рок шел мимо кабелей и техников. — Не знает, что на него вчера отыскало. Что Глава 5. Свет, камера, нелепость притворялся, что не знает вас и вообщем.
Я промолчала. Откуда Клинер вызнал, что случилось? Наверняка, ему произнес Рейлтон — но для чего? Под мои догадки это не подходило. Видимо, пора строить новые теории.
— Он на данный момент очень нервный. — тихо добавил Клинер, когда Рок подошел к нам. — Препядствия Глава 5. Свет, камера, нелепость с продуктами.
Рок поприветствовал меня как старенькую подругу, обняв меня медвежьей цепкой, которая, разумеется, была неискренней. Будь он вправду неплохим актером, я бы, может, и поверила. Но он просто мог играть, был опытен, но менее.
И когда он извинился, что запамятовал, что мы были знакомы до вечеринки и Глава 5. Свет, камера, нелепость что он был в моем кабинете, я подарила ему ухмылку прощения.
— У меня таковой плотный график. — произнес он. — Столько всего. Не знаю, о чем я задумывался, позабыл про все в мире.
— Это тяжело. — согласилась я. — Но главное, что на данный момент вы меня вспомнили.
— Как я мог вас запамятовать Глава 5. Свет, камера, нелепость, мисс Мелоун?
— И правда. — Рейлтон и Клинер так усердно улыбались, что было постыдно портить момент. Но если у кого и нет стыда, то не постыжусь сказать, что это я. — И мой кофе. — произнесла я.
— Ваш… кофе?
— Наилучший кофе, что вы когда-либо пили, вы же сами произнесли. Я уверена, вы Глава 5. Свет, камера, нелепость помните. Вы еще спросили, перемалываю ли я зерна сама.
Его глаза мало расширились, а усы задрожали.
— Это был наилучший кофе, что я пил. — заверил он меня.
— Вы очень добры, — произнесла я. И да, он был очень добр — сейчас я знала, что он лжет. Да, может быть, это был промах с моей Глава 5. Свет, камера, нелепость стороны, но кофе я ему не предлагала.
Мы все еще находились на местности с пометкой «странность» либо «непонятность». Но «нелепость» была уже близко.
Она проявилась в виде Гидди Семестр. Она подошла к Року и Клинеру, вихляя бедрами так, что прошаталась расстояние в два раза большее, чем было необходимо Глава 5. Свет, камера, нелепость. Она положила руку на плечо Рока и мало наклонилась в мою сторону. Почему-либо сейчас она смотрелась куда наименее уверенной и поболее ветреной, чем вчера. По последней мере я могла быть уверена, что уж она-то меня помнит.
— Рокки, — произнесла она, кивая на меня. — Кто эта прелестная леди?
Звучало так Глава 5. Свет, камера, нелепость, как будто она никогда ранее меня не встречала — и не только лишь так как использовала термин «леди».
Мне необходимо было малость над этим поразмыслить, и может быть, придумать новейшую теорию, которая позже окажется совсем неправильной. Так что я согласилась на экскурсионную поездку с Клинером по студийному Глава 5. Свет, камера, нелепость комплексу.
Мой мозг работал так усердно, что я практически не замечала деталей. Глас Клинера зудел над ухом. Одна большая студия была очень похожа на другую, всем, включая декорации. Признаюсь, мне было куда интересней в костюмерной. Я провела приятные пару минут, изучая уже поношенные Гидди костюмчики, которые висели в гардеробе, тянувшемся Глава 5. Свет, камера, нелепость повдоль стенки.
— Думаю, вы 1-го роста. — произнес Клинер, потирая лоб потным носовым платком.
— Думаю, да. — мне было плевать на это.
— И размер у вас один. Сколько вы весите? — он сделал предположение, достаточно смелое. А вот было ли оно смелым по отношению ко мне либо к весу — додумайте сами Глава 5. Свет, камера, нелепость.
Но я произнесла Клинеру:
— Я никогда не обсуждаю собственный вес до третьего коктейля.
— Может быть, с этим мы чего-нибудть придумаем, — слащаво произнес он.
А может и нет, пошевелила мозгами я. Я уже начала волноваться о недочете подсказок в данном деле. И клиентов, может быть, тоже, поэтому как Рок Рейлтон точно Глава 5. Свет, камера, нелепость не помнил, как нанял меня. Либо как согласовал со мной гонорар.
Наверняка, я не смогла скрыть нетерпение, так как Клинер заверил меня, что остался только один последний пункт экскурсии. Одна вещь, которую он желал мне показать.
— Вы будете поражены. — пообещал он.
Ну да, да, надежда погибает последней.
Хэнк Глава 5. Свет, камера, нелепость ожидал нас у костюмерной. Он почему-либо сменил черный (не таковой черный, как машина, естественно) костюмчик на светло-коричневые слаксы и клубный пиджак. Он тревожно захрустел пальцами, когда мы вышли, и следовал за нами тенью, пока Клинер вел меня вниз по аллее повдоль строения.
Мы пришли к неказистому Глава 5. Свет, камера, нелепость блоку вдалеке от головного комплекса. Он смотрелся так неиндивидуальным, как может смотреться предмет, если его преднамеренно сделали таким, чтоб не кидался в глаза. Замки и задвижки на двери поблескивали от нередкого использования, но вокруг не было видно ни души.
Снутри было мрачно. Клинер нащупывал выключатель, а Хэнк закрыл за нами дверь.
— Думали Глава 5. Свет, камера, нелепость ли вы о съемках в кино, мисс Мелоун? — спросил Клинер, когда зажегся свет.
— Вы ведь уже спрашивали об этом.
— Может быть. Но ваш рост и вес…
— Что с ними?
Вокруг мелькали лампочки. Все здание было одной большой комнатой, как и все студии. Вот только это точно была Глава 5. Свет, камера, нелепость не студия.
— Я считаю, вы могли бы стать хорошим дублером Гидди Семестр.
Он, наверняка, шутил. Фигура Гидди, по-своему безупречная, очень отличалась от моей безупречной фигуры. Извивы у нас, естественно, были в одних и тех же местах. Но не всегда под этим же наклоном и углом. У Гидди Семестр Глава 5. Свет, камера, нелепость были части тела, которые входили в комнату ранее ее самой, и поверьте, это было бы очевидным неудобством для личного детектива, которая гордится своим умением ловко проскальзывать в любые помещения.
Но невзирая на наружное остроумие, я встревожилась, лицезрев здание изнутри. В центре зала стоял большой резервуар в форме гроба. Трубы, трубочки, кабели Глава 5. Свет, камера, нелепость и провода тянулись вовнутрь него и наружу, они вели к разным частям очень продвинутого — для 1938 года — прибора. Другие кабели и провода появлялись из-под прибора и исчезали за тяжеленной занавеской около одной из стенок.
За резервуаром стояли несколько рядов штук, схожих на стеклянные колпаки. Вот только они были большие Глава 5. Свет, камера, нелепость — больше полутора метров в высоту.
Я никогда не лицезрела ничего подобного. А вещи, схожих которым я не лицезрела, беспокоят меня. Так как я лицезрела сильно много вещей. И сюрпризы, которые жизнь оставляет мне на десерт, изредка бывают приятными.
Не теряя остроумия, я решила, что пора уходить.
Хэнк вкупе с Глава 5. Свет, камера, нелепость Клинером стояли в стороне, так что мой путь к двери был свободен. Как обычно, не упустив возможность поглядеть в зубы дареному жеребцу, я стремительно дошла до двери и раскрыла ее.
И увидела Хэнка, стоящего снаружи. Он похрустел пальцами и улыбнулся. Раздался звук, схожий на выстрел. Мне Глава 5. Свет, камера, нелепость пришла в голову стршная идея, что это звук ухмылки, а не пальцев.
Тривиальный вывод, который бы заключил хоть какой обыденный личный детектив, столкнувшись с Хэнком на пороге и зная, что сзади него стоит очередной совсем схожий первому Хэнк — что они близнецы.
Один в костюмчике, другой в слаксах и пиджаке. Я стремительно Глава 5. Свет, камера, нелепость откинула это умозаключение.
Отчасти поэтому, что, обернувшись поглядеть на Клинера и Хэнка в слаксах, увидела третьего Хэнка, идущего к нам через весь зал.
Но по большей части поэтому, что когда в далекой части зала зажглись прожекторы, я увидела, что находится в стеклянных колпаках.
Там, прислонившись к стеклу, как Глава 5. Свет, камера, нелепость манекены, были люди. По одному в колпаке. Целый ряд схожих Роков Рейлтонов и целый ряд схожих Гидди Семестр.
— В общем, так. — произнесла я Хэнку, схватившему меня за руки сзади и державшему их крепче, чем держит жену нервный жених. — Я, может быть, неправа, но мне хотелось бы сохранить достоинство, хотя бы Глава 5. Свет, камера, нелепость до момента, когда вы оторвете мне руки. И я полагаю, вы не просто братья-тройняшки.


Глава 6. Сестра таланта

Мне позволили без сторонней помощи возвратиться туда, где стоял Макс Клинер. Но два Хэнка шли за мной по пятам, оба держали схожие пистолеты в схожих руках. Макс Клинер в это Глава 5. Свет, камера, нелепость время успел перевоплотиться в Макса-позера.
Он только мало завял, когда я оборвала его разглагольствования фразой:

— Это ведь ты послал за мной этих бандитов вчера вечерком после вечеринки, да?
Он развел руками в духе «ну что здесь скажешь.»
— После того как Рок произнес мне, что был должен тебя выяснить Глава 5. Свет, камера, нелепость и не вызнал, я заинтересовался, что конкретно для тебя понятно.
— И который Рок это был? — спросила я, радуясь, что попала своим вопросом в точку. Я пошла повдоль ряда Роков, находящихся снутри колпаков. Это вправду была сплошная нелепость.
— Лучше подстраховаться. — произнес мне Клинер. — Никогда не знаешь, когда пригодится новенькая звезда.
— Так 1-ый Глава 5. Свет, камера, нелепость Рок был прав, когда произнес, что его желают уничтожить.
Клинер покачал головой.
— Более чем неправ, леди. — он начинал меня бесить.
Но я улыбнулась, демонстрируя недоверие.
— Да?
— И он не был «первым» Роком. 1-ый Рок был давным-давно. И никто не пробовал его уничтожить. Просто так… происходит.
В голове начало проясняться Глава 5. Свет, камера, нелепость. Я могла осознать достоинства владения готовым набором всемирно узнаваемых звезд. А если они еще по очереди погибают, все еще понятней.
Но где Клинер их взял? Я поглядела на гробообразный резервуар, и Клинер хвалебно похлопал в ладоши.
— Кажется, девица сообразила. — произнес он. — Умная девченка.
— Леди, девица, девченка Глава 5. Свет, камера, нелепость, обусловься уже. — ну да, на данный момент мой мозг больше работал над делом, чем над диалогом. — Ты отыскал метод заставлять людей смотреться так, как для тебя необходимо, правильно?
— Садись, 5, куколка.
— Ты спрашивал меня про рост и вес, так что, полагаю, это связано с конфигурацией форм частей тела, а не Глава 5. Свет, камера, нелепость хирургическим вмешательством. — у меня была мысль, как это можно провернуть, но ему пригодился бы источник питания, которого в Нью-Йорке 1930-х пока нет.
— Правильно. — Клинер вынул сигару изо рта, исследовал ее и, похоже, опешил, что она не пылает. — Это связано с перераспределением массы плоти и костей. — он надавил на Глава 5. Свет, камера, нелепость кнопку на не далеком колпаке, и тот издал глухой звенящий звук. — Это — различные люди. Но на данный момент, благодаря мне, они смотрятся идиентично.
— Но они дремлют, — напомнила я. — Им плевать на то, что ты сделал, даже больше, чем мне.
Он закусил сигару.
— Смешная девчушка. Они просто ожидают, пока пригодятся мне. Как Глава 5. Свет, камера, нелепость ты знаешь, у меня есть костюмерная, склад декораций и реквизитов. А сейчас и склад актеров.
Я смотрела через стекло на спящую Гидди Семестр. Она смотрелась совершенно как реальная. Хотя, я только на данный момент сообразила, что реальную я никогда не лицезрела. Любопытно, кем была эта женщина.
— Что с ними происходит Глава 5. Свет, камера, нелепость? — спросила я быстрее себя, чем Клинера. От моего дыхания стекло запотело, размывая черты спящей дамы.
— Они погибают. — произнес он так, как будто это пустяк. Как будто это не важное событие в недлинной жизни его звезд. — Процесс продолжается недолго. Пару недель, а позже они платят стоимость за красоту Глава 5. Свет, камера, нелепость. Чем ярче горишь, тем резвее гаснешь.
— Они стареют, — сообразила я. Я вспомнила старенького бродягу около «У Ника», которого встретила, когда шла на вечеринку. Это был тот Рок Рейлтон, которого я встретила за денек до того — тот, которому я обещала посодействовать. А сейчас уже поздно.
— Они вроде бы просто разваливаются Глава 5. Свет, камера, нелепость. — произнес Клинер. — Обидно. Но черт, это просто жизнь. Либо, поточнее… — он прервался и омерзительно заржал. Таковой звук мог бы издать ишак, если его пытать. — Либо, поточнее — погибель.
Я не поделила его веселья.
— Так они погибают, а ты просто делаешь новейшую версию. Идентичную копию.
— Сообразила. Нужно поначалу их воскресить — разбудить. А позже Глава 5. Свет, камера, нелепость начинают тикать часики. Если повезет — у их две недели. Потому у меня есть несколько запасных. Я нахожу подходящих кандидатов и оставляю, пока они мне не пригодятся. Это к слову о прессе, которая считает, что знает в Голливуде все про всех.
— Но что, — спросила я так сладко, как могла Глава 5. Свет, камера, нелепость, — если они не захочут сотрудничать? Может, ты удивишься, но далековато не все желают быть кинозвездами.
— Это не неувязка. Они запамятывают. Запамятывают все, когда пробуждаются. Они убеждены, что они и есть истинные Роки Рейлтоны и Гидди Семестр.
— И Хэнки?
Глаза Клинера сузились, его сигара повисла.
— И Хэнки. — согласился он Глава 5. Свет, камера, нелепость.
— У тебя есть шаблон. — додумалась я. — Только те мемуары, которые были у их реальных на определенный момент. Потому новый Рок Рейлтон не знает, что делал предшествующий и с кем встречался. То же и с Гидди Семестр. И с Хэнком.
Его глаза сузились так очень, что могли совершенно пропасть. Он знал, что Глава 5. Свет, камера, нелепость случится, и до этого, чем он успел придумать, как с этим разобраться, я оборотилась к двум Хэнкам с пистолетами.
— Так сколько времени у этих ребят? — спросила я. — До того как они «как бы просто развалятся»?
Ни один из Хэнков, разумеется, не сообразил, о чем я. В их Глава 5. Свет, камера, нелепость случае Клинер точно предпочел физическую силу уму. Я поглядела на третьего Хэнка, который возился с резервуаром. Сомневаюсь, что он вообщем знал значение слова «интеллект».
Сзади него на пороге появился 4-ый Хэнк. Его аккомпанировала та гримерша злодейского вида, которую я лицезрела в студии. Лицезрев выражение ее лица, я решила, что Глава 5. Свет, камера, нелепость быстрее позволю себя гримировать Лиззи Борден, чем этой остроносой колдунье.
Новый Хэнк и остроносая тащили под руки даму. Через секунду я выяснила Гидди Семестр. Когда они подошли, Клинер ахнул. Несложно было додуматься, почему.
Лицо Гидди было перекошено, ее волосы седели на очах. Ее лоб был покрыт морщинами, а глаза Глава 5. Свет, камера, нелепость обрамляли гусиные лапки. Было похоже, что она постарела лет на 20 с того времени как мы виделись час вспять.
— Уже? — спросил Клинер.
— Это начинает происходить все резвее. — произнесла колдунья. — На данный момент же нужна новенькая — все они еще снимают.
Гидди поглядела на меня, рассеянная и испуганная. Может быть, она выяснила во мне Глава 5. Свет, камера, нелепость единственного человека в этой комнате, кто мог ей пособолезновать. И да, она была права.
— Что со мной происходит? — осипло спросила она. Ее лицо стало еще морщинистей, чем было несколько секунд вспять.
— Не о чем волноваться, куколка. — произнес Клинер. — Шоу должно длиться.
Сказав это, он шагнул вперед, вынул из Глава 5. Свет, камера, нелепость кармашка пиджака пистолет и сделал незапятнанный выстрел прямо ей в голову.
Я произнесла «чистый»? По сути ничего подобного. Гримерше и Хэнку придется длительно отмываться.
Кровь забрызгала и занавеску, которая отделяла маленькую часть зала от общей с прибором и резервуаром. Я увидела провода и кабели, уходящие под эту занавеску. Ну Глава 5. Свет, камера, нелепость а что — я же детектив. Я замечаю вещи. И вот что я увидела на данный момент — занавеска колыхалась, как будто на ветру. С другой ее стороны был слышен шум, схожий на выдохи, а потом резкие вдохи.
Если Клинер и увидел это, то виду не показал.
— Сейчас меньше 2-ух Глава 5. Свет, камера, нелепость дней. — он, казалось, волновался - удивительно находиться в таком состоянии, только-только застрелив одну из известнейших актрис в мире.
Макс встал на колени рядом с телом Гидди, которое лежало лицом вниз. Он перевернул ее. В ее морщинистом лбу была аккуратная дырочка, и смотрелась она, скажем прямо — мертвой.
Пока мы Глава 5. Свет, камера, нелепость смотрели, морщины становились поглубже, плоть обвисала, кожа становилась прозрачной. Каким-то неосуществимым образом она продолжала стареть. Я высчитывала, как стремительно смогу добраться до Клинера, не будучи застреленной Хэнком. И за очень куцее время сообразила, что это нереально. И за это куцее время последняя Гидди Семестр — кем бы она ни была по сути Глава 5. Свет, камера, нелепость — обратилась в останки. Через несколько мгновений от нее остались только слабенькие очертания на полу. Даже кровь пропала, оставив только расплывчатое пятно.
Никто из присутствующих не смотрелся ошеломленным либо шокированным этим. Я уже не много чему удивляюсь, и шокировать меня тяжело. Но флегмантичная злость Клинера меня потрясла. С 2-мя вооруженными Глава 5. Свет, камера, нелепость Хэнками за спиной и еще 2-мя поодаль я ничего не могла поделать. Пока.
К тому же, должна признаться, мне было интересно узреть, что все-таки будет далее. Я довольна собой и собственной проницательностью, и у меня появилась достаточно чуткая идея о том, что происходит.
Два запасных Глава 5. Свет, камера, нелепость Хэнка — я не про тех, что следили за мной и ожидали повода выстрелить, а про 2-ух других — подошли к наиблежайшему колпаку. Снутри была спящая Гидди Семестр, прислоненная к стеклу. На ней было обычное белоснежное платьице, ее черты были молоды и великолепны, как на плакатах. Либо как у той Гидди, которую я лицезрела Глава 5. Свет, камера, нелепость на вечеринке и позже на съемочной площадке.
Один из Хэнков вынул большой молот. 2-ой Хэнк и миссис Мейкап стояли расслабленно, когда Хэнк-с-молотом треснул по колпаку. Стекло лопнуло, осыпав Хэнка. Он отнесся этому равнодушнее некуда. Гидди выпала наружу. Всем, похоже, было плевать, что она может порезаться Глава 5. Свет, камера, нелепость о стекло. Кому-то придется убрать осколки.
Хэнк и Хэнк внезапно деликатно подняли Гидди. Они дотащили ее до Клинера и поставили на ноги. Она качалась, как сомнамбул, а Клинер ее поддерживал — обхватив за талию и положив ее голову для себя на плечо, он повел ее через зал к занавеске.
Гримерша Глава 5. Свет, камера, нелепость потянула занавеску ровно так, чтоб я не смогла узреть, что за ней, а Клинер и Гидди смогли зайти.
Через несколько мгновений они вышли. Гидди все еще поддерживал Клинер, но она пробудилась. Она смотрелась рассеянной и дезориентированной. Мало… ветреной.
Она увидела меня, увидела Хэнков и, похоже, не выяснила. Только Клинера Глава 5. Свет, камера, нелепость и гримершу — людей, которых знала реальная Гидди Семестр, когда с нее сняли «шаблон».
— Гидди! — воскрикнула я. Мне больно ткнули пистолетом в животик, но я не замолчала. — Они употребляют тебя, Гидди. Не веруй ничему, что они молвят. Не веруй тому, кто ты! Попробуй вспомнить, кем ты была, кто ты по Глава 5. Свет, камера, нелепость сути!
Меня толкнули посильнее, и я замолчала. Не из-за пистолета, а из-за того, что Гидди, похоже, решила, что я безумная.
— Извините. — произнесла она, обидно качая головой. — Мне пора на съемочную площадку, и еще необходимо повторить высказывания. Это займет много времени.
— Беря во внимание происшествия, — произнесла я Глава 5. Свет, камера, нелепость, обращаясь к ее спине, — это займет всю твою оставшуюся жизнь.
Я оборотилась к Клинеру, который смотрел, как уходит его еще одна протеже. Он, похоже, был готов откусить кусочек сигары, так он был доволен собой.
— Ты сам произнес, процесс ускоряется. — напомнила я. — Сколько у нее времени, по-твоему? Целый денек, если Глава 5. Свет, камера, нелепость повезет? Может, пара часов?
Ухмылка Клинера, похоже, наклеилась к его лицу. Он медлительно подошел ко мне.
— Мне лучше удостовериться, что у меня есть для нее подмена. — он кивнул на ряд колпаков Гидди. — Столько замен, сколько можно отыскать.
— Ты псих. — произнесла я ему.
Не думаю, что он вообщем слушал. На Глава 5. Свет, камера, нелепость его лице было такое расслабленное наслаждение, как будто его шарахнули по голове. Конкретно это я и собиралась сделать, как предоставится шанс. Сигара и все такое.
Клинер подвинулся ко мне, его маковка была кое-где на уровне моего плеча.
— Но для тебя ведь страшно любопытно, как такое может быть. — промурлыкал Глава 5. Свет, камера, нелепость он.
Было практически жалко его обламывать. Но мне нравилось глядеть на его маковку и терпеливо вздыхать, как будто объясняя обыкновенные вещи туповатому ребенку.
— Совсем нет. — произнесла я. — Разумеется, у вас есть ангел.



glava-5-razmeshenie-naseleniya-i-urbanizaciya-kurs-lekcij-ekaterinburg-2008-udk-bbk-60-7.html
glava-5-razvitie-i-bitie-lichnosti-v-kontekste-tradicij-igrovoj-kulturi.html
glava-5-razvitie-ya-igor-viktorovich-vachkov-marina-rostislavovna-bityanova.html